Брачный договор между супругами

Ходил в суд заверять брачный договор между супругами.
Клиентам объяснил заранее, как себя вести в суде, что процедура формальная, и судья лишь должна убедиться, что договор подписан добровольно и условия всем понятны.
брачный договор между супругамиОбъяснил, на всякий случай, что в масках судьи не кусаются. Ну, такое… Не сегодня.
Пришли на пятнадцать минут раньше назначенного времени, это же я. Выходит машинистка (не та, что паровоз водит), зовет: "Марина!"
Марина - это не я. Марина — это моя клиентка. Заходим в зал. Клиенты спокойные, улыбаются, сели сзади меня, друг друга за руки держат, будто не они договор о разделе имущества подписали. Судья мне:
- Вы кто?
- Адвокат Крупник.
Не узнала меня? Ну, ладно – за маской фиг поймешь, все адвокаты на одно лицо. Клиентке:
- Вы, Марина?
Я клиентов заранее предупредил, что судье нужно отвечать либо "да", либо "нет". Клиентка чистосердечно ответила:
- Да.
- А кто рядом с вами?
Тут клиентка удивилась не потому что была запрограммирована на "да" или "нет", а самому вопросу – кто собственно мог быть рядом с ней на заверении брачного договора? Ответил за неё:
- Муж.
Судья удивленно приподняла очки поверх маски. Подумала удивиться, но не удивилась – судьи судов по семейным искам на веку своем видели всё. Спустила очки и решила продолжать.
- Предупреждаю вас, что вы должны говорить правду и одну лишь правду.
Тут очки поверх маски приподнял я. Всем известно, что в брачных договорах люди пишут одну лишь неправду и только неправду. Иначе зачем договор составлять?
Клиентка кивнула не в знак согласия, а в мою сторону с упреком: о таком развитии событий ее никто не предупреждал. Судья подумала, что она согласна:
- Кем вам приходится Валентин?
Тут удивился муж клиентки, Олег.
- Да, кем тебе приходится Валентин?
Удивился настолько, что даже отсел от неё сантиметров на десять и руку отнял.
Пока клиентка думала, кем ей все-таки приходится Валентин, я, на всякий пожарный, раскрыл папку и посмотрел правильно ли написаны в брасном договоре имена супругов. Нет, я не переживал – мне уже все заплатили, и я был спокоен. Тем более в договоре было написано черным по белому "Олег".
Прошло две минуты. Судья решила разрядить обстановку и спросила, почему в суд не пришел мой коллега, адвокат Н.
- А он должен был прийти? – вопросом на вопрос, по-еврейски ответил я (по-русски это прозвучало бы "а зачем нам кузнец?").
Клиентка шепотом спросила, вправе ли она сохранять молчание. Я сказал "влеве", намекая на супруга, все ещё недоумевающего, кто собственно такой Валентин. В отличие от судьи супруг явно намеревался надругаться над конституционными правами своей лучшей половины.
Все могло закончиться не так, не тем и не там, но тут в зал зашел и извинился за опоздание тот самый коллега, адвокат Н. Выяснилось, в деле адвоката Н. истицу тоже зовут Марина.
Марина адвоката Н. обратилась в суд с просьбой о получении защитного ордера и других сатисфакций от некого Валентина.
Ситуация прояснилась. Адвокат Н. вышел из зала (дабы не оставлять Марину наедине с Валентином, который тоже пришел), судья протерла запотевшие очки и минуть пять читала вслух брачный договор.
Моя Марина облегченно кивала в знак согласия, а её супруг кивал в знак того, что эпопея с Валентином еще далеко не закончена. Я кивал в знак того, что в случае появления Валентина возможно придется дополнять договор, а это – как вы сами понимаете – для адвоката к деньгам.